Дело по иску участкового инспектора Николая Шепелева к редакции межрайонной газеты «Наша жизнь» и гражданину Петру Рыбникову о защите чести  и достоинства и взыскании компенсации морального вреда (досье №160)

Краткое изложение материалов дела

В газете «Наша жизнь» было опубликовано письмо Рыбникова П.А. в редакцию, в котором сообщалось об избиении его сына истцом. Суд установил, что сведения являются порочащими, так как содержат утверждение о нарушении норм закона или моральных принципов. Суд оценил должностное положение истца, сославшись при этом на практику Европейского Суда.

Обстоятельства дела

12 июля 2000 года в газете «Наша жизнь» было опубликовано письмо РыбниковаП.А. в редакцию «Защищая своего ребенка, я ударил милиционера металлической трубой. Судите меня…», в котором сообщалось, что Шепелев Н.Н. ударил трубой сына Рыбникова П.А. В письме также указывается на кличку Рыбникова П.А. «Башмак».

Шепелев Н.Н. подал иск о защите чести, достоинства и деловой репутации к редакции газеты и автору письма, в котором требовал опровержения порочащих сведений и компенсации морального вреда в размере 30000 рублей. Истец в иске указывал, что в связи с опубликованием порочащих и несоответствующих действительности сведений он вынужден был сменить месть жительства и учебы.

Ответчик иск не признал, так как считал, что сведения соответствуют действительности и не являются порочащими.

Мотивировка суда

Первоначально суд указал на элементы состава гражданско-правового нарушения по ст. 152 ГК РФ.

«-субъекта, … который должен быть четко идентифицирован в статье,

-распространение сведений, не соответствующих действительности…

-сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию и относящихся к конкретному субъекту,

-сведений, изложенных … публично».

При этом суд отождествил понятия «сведения» и «факт»

Суд установил идентификация субъекта в статье и признал распространенные сведения относимыми к истцу.

Относительно вопроса о достоверности информации, суд указал на обязанность ответчиков по доказыванию соответствия сведений действительности.

Суд установил, что сведения, содержащие в письме не проверялись главным редактором, который нарушил ст. 51 Закона РФ о СМИ, запрещающающую использовать право журналиста на распространение информации с целью фальсификации общественно значимых сведений, распространения слухов под видом достоверных сообщений.

В отношении фразы о том, что Шепелев Н.Н. ударил прутом ребенка суд указал, что она содержит утверждение, а не предположение, вопрос, гипотезу или оценочное суждение.

Суд установил, что сведения являются порочащими, так как содержат утверждение о нарушении норм закона или моральных принципов.

Таким образом, в отношении данной фразы суд пришел к выводу о наличии в действиях редакции состава гражданского правонарушения.

Суд оценил должностное положение истца, сославшись при этом на практику Европейского Суда:

«Если объект критики занимает пост в органах государственной власти или местного самоуправления, является должностным лицом, его деятельность носит публичный характер, то журналист (газета) вправе свободно критиковать его и самостоятельно оценивать его поступки, так как данное право журналиста и газеты в целом вытекают из решения Европейского Суда по делу Лингенс против Австрии (от 8.07.1986 г., серия «А», т. 103*41)».

Суд признал право редакции на критику, но отметил, что она

«должна основываться на реальных событиях, проверенных фактах, не должна носить оскорбительный характер в уголовно-правовом смысле».

Далее суд проанализировал правомерность упоминания в опубликованном письме клички истца.

Суд указал:

«Как известно, клички даются животным, то есть биологическим организмам, стоящим на более низкой ступени развития.

Обращение по кличкам также допустимо лишь в определенных слоях общества с присущей им субкультурой, находящейся на более низкой ступени, чем культура общества, например, в уголовной среде, люмпенизированной, у лиц с низким уровнем культуры либо в случаях, когда это не оскорбляет носителя.

Поэтому суд считает, что обращение по кличке допустимо лишь с согласия ее носителя и не иначе, в противном случае обоснованно воспринимается последним как оскорбление».

Но оскорбление, по мнению суда, инициирует возникновение уголовных правоотношений, а не гражданских. В резолютивной части решения суд не указал на удовлетворение иска в этой части.

Суд посчитал установленными факты причинения истцу морального вреда и причинно-следственной связи между публикацией и нравственными страданиями.

Редакция была обязана компенсировать моральный вред в размере 10000 рублей.

Таким образом, суд удовлетворил иск частично. В резолютивной части решения содержится текст опровержения, в котором суд обязал редакцию принести истцу извинения.