Дело по иску оперативного сотрудника уголовного розыска Михаила Сундеева к ОАО «НЛМК», журналисту Игорю Пидлускому о защите чести, достоинства и деловой репутации и взыскании компенсации морального вреда (досье №219)

Судебные акты

1-я инстанция 30 апреля 2003 Решение Левобережного суда г.Липецка (досье №219)

Краткое изложение материалов дела

В газете была опубликованы статьи о ДТП, пьянстве за рулем с участием милиционара. Милиционер подал в суд.

Обстоятельства дела

В газете «Металлург» был опубликован ряд статей журналиста Пидлуского И. В. (под псевдонимом И. Луговой): в № 29 от 23.04.02г. — «Виновным в ДТП себя не считаю…», в № 4 от 17.01.03г. — «Пьяный за рулем — не преступник, если это мент», в № 12 от 14.02.03г. — «Иван Марков считает, что нашим людям в Страсбурге делать нечего». Все публикации были основанным на материалах уголовного дела, возбужденного в отношении сотрудника уголовного розыска Сундеева М. П.

Сундеев М. П. обратился в суд, указывая, что опубликованные в данных статьях сведения не соответствуют действительности и порочат его честь и достоинство, поскольку содержат утверждения о нарушении им законодательства. Кроме того, ответчики указали в публикациях его должность, место работы, его специальное звание, полные данные его фамилии и имени, опубликовали его фотографию, что, по мнению истца, может отрицательно сказаться на его профессиональной деятельности.

Просил обязать редакцию газеты «Металлург» опровергнуть сведения, содержащиеся в вышеуказанных статьях, взыскать с ответчиков в его пользу в возмещение морального вреда 300 000 рублей. В частности, истец оспаривал следующие сведения:

Ответчики настаивали на том, что сведения, изложенные в статье, являются достоверными, что подтверждается приговором Грязинского суда Липецкой области от 25.12.02г. Кроме того, часть оспариваемых сведений либо не относится к истцу, либо является предположением, а не утверждением о факте. Сведения о том, что Сундеев едва не вылетел из милиции, не раз привлекался к дисциплинарной ответственности, был вызван на товарищеский суд, через три года в отношении него — новый рапорт о его пьянстве и совершённом ДТП, взяты из газеты «Панорама» из статьи «Дело о наезде: почему прятали концы?» автора Марка Гольдмана, поэтому в соответствии со ст.57 Закона «О средствах массовой информации» редакция и журналист не несут ответственности за эти сведения.

30 апреля 2003 года суд вынес решение, которым исковые требования удовлетворил частично, обязав ответчиков опубликовать опровержение сведений о том, что в 1999 году в отношении Сундеева М.П. был рапорт о его пьянстве и совершённом ДТП. В требовании о компенсации морального вреда было отказано.

Мотивировка суда

Суд указал, какие сведения подлежат опровержению по искам о защите чести и достоинства:

«Для удовлетворения требований о защите чести, достоинства и деловой репутации в соответствии со ст.152 ГК РФ необходимы 3 условия: 1) сведения должны быть распространены, 2) распространенные сведения не соответствуют действительности, 3) порочащий характер распространенных сведений».

Анализируя спорные сведения суд пришел к выводу, что некоторые из них соответствуют действительности, что подтверждается приговором Грязинского районного суда. Другие сведения суд посчитал недостоверными, однако в опровержении их отказал, поскольку признал их не порочащими:

«Недействительными являются сведения о том, что Сундеев вылетел на большой скорости на встречную полосу, на левой стороне дороги были видны полосы оцарапанного асфальта, поскольку в заключении автотехнической экспертизы от 31.01.02г., произведенной сотрудниками Центральной Воронежской ЛСЭ, находящемся в материалах уголовного дела, нет точных данных о скорости автомобиля истца, указана лишь минимальная скорость, с которой мог двигаться автомобиль (29 км/час), нет данных о том, что асфальт был поцарапан. Недействительными являются и сведения о том, что Сундеев выставил на работе по случаю оглашения приговора ящик шампанского, в ходе процесса вспомнил, что до мгновения до рокового столкновения с мотоциклом он услышал некий хлопок и «Жигули» резко повело в сторону, т.к. доказательств их достоверности ответчиками не представлено. Но все эти сведения не являются порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Фразы о том, что истец спал, похрапывая, на месте ДТП, кто-то вылил ему в рот спиртное, пытаясь привести его в чувство. 02.06.02г. он гулял на свадьбе в селе Октябрьском, в судебном заседании он говорил, что у него было несколько черепно-мозговых травм, он не помнит обстоятельств происшедшего, имеются в приговоре Грязинского горсуда от 25.12.02г. и протоколах судебных заседаний по уголовному делу. Кроме того, они не являются сведениями, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, поэтому опровержению не подлежат».

Суд также посчитал ряд сведений не относящимися к истцу:

«Из содержания фраз: «Но разве работник милиции когда-либо бывает пьян? Нет, он всегда на посту. Он хоть сейчас пойдёт на задержание преступника. Отвалите — я поеду!», «Пьяный за рулём — не преступник, если это мент», «не срабатывала ментовская спайка» нельзя сделать вывод о том, что сообщённая в них информация относится к истцу и указывает на совершение им каких-либо действий. Отнесение истцом на свой счёт указанных сообщений суд не расценивает, как распространение сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию Сундеева М.П.».

Также суд особо подчеркнул невозможность оспаривания мнений, оценок журналиста:

«Также надлежит отказать в удовлетворении исковых требований Сундеева М.П. о признании несоответствующими действительности сведений, порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию, изложенных во фразах: «разыгрывал человека, больного на голову», «влили в рот целую бутылку спиртного», «причем «откушал» столько, что его оставляли ночевать», «дернул стакан водки, услужливо налитый ему Кобляковым-старшим», «вдрызг пьяный мент», «виновного в смерти двух подростков», «что и позволило «убойному» менту уйти от уголовной ответственности», поскольку данные фразы не являются сведениями, а представляют выражение, оценку автора. Невозможно признать несоответствующим действительности оценочное суждение (мнение) и опровергнуть его, т.к. это будет прямо нарушать право человека на выражение своего мнения.

В соответствии со ст.10 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей.

Данное право закреплено в ст.29 Конституции РФ — каждому гарантируется свобода мысли и слова, никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них, и в ст.47 ч.1 п.9 Закона РФ «О средствах массовой информации» № 2124-1 от 27.12.91г., согласно которой журналист имеет право излагать свои личные суждения и оценки в сообщениях и материалах, предназначенных для распространения за его подписью».

Суд не согласился с доводами ответчиков об освобождении их от ответственности, и признал сведения, которые якобы были взяты ответчиками из другого СМИ, не соответствующими действительности и порочащими честь и достоинство истца:

«Суд находит подлежащими удовлетворению исковые требования в части признания несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца сведения о том, что в 1999г. (через три года после 1996г.) в отношении него был рапорт о его пьянстве и совершенном ДТП, по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1ст.49 Закона РФ о СМИ журналист обязан проверять достоверность сообщаемой информации. Довод ответчика о том, что указанные сведения взяты им из газеты «Панорама» из статьи «Дело о наезде: почему прятали концы?» автора Марка Гольдмана и потому он не несет за распространенную информацию ответственности в соответствии со ст.57 Закона РФ «О средствах массовой информации», суд считает несостоятельным. Статья 57 Закона РФ «О средствах массовой информации» предусматривает, что редакция, главный редактор, журналист не несут ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности и порочащих честь и достоинство граждан и организаций, либо ущемляющих права и законные интересы граждан, если они являются дословным воспроизведением сообщений и материалов или их фрагментов, распространённых другим средством массовой информации, которое может быть установлено и привлечено к ответственности за данное нарушение законодательства РФ о средствах массовой информации. Однако, в данном случае имеет место пересказ содержания вышеуказанной статьи, что Пидлуский не отрицал в судебном заседании, дословное содержание которой гласит: «в 1999 г. был подан рапорт о его пьянстве, есть сведения, что Сундеевым уже был произведён в пьяном виде наезд». Таким образом, ответчик пренебрёг своей обязанностью проверки достоверности опубликованной информации, не представил суду доказательства её достоверности в ходе судебного заседания. Согласно справке зам.начальника Октябрьского ОМ УВД г.Липецка, где с 22.11.99г. работает Сундеев, такого рапорта не было».

Суд отказал истцу в удовлетворении требования о компенсации морального вреда, причиненного публикациями и опубликованием в СМИ его фотографии, поскольку посчитал данный факт недоказанным. При этом суд подчеркнул, что сам факт признания сведений не соответствующими действительности и порочащими уже является адекватным возмещением морального вреда:

«Суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о возмещении морального вреда, поскольку истцом не представлены убедительные доказательства причинения ему нравственных или физических страданий. Кроме того, суд считает, что само установление факта недостоверности опубликованных сведений представляет собой адекватное справедливое возмещение морального вреда.

Суд считает, что надлежит отказать в удовлетворении исковых требований Сундеева М.П. о возмещении компенсации морального вреда, причинённого ему опубликованием его фотографии в № 29 от 23.04.02г. газеты МГ, т.к. снимок был сделан в открытом судебном разбирательстве по уголовному делу, которое записывалось СТВ-7».

В итоге суд пришел к выводу, что не которые их оспариваемых истцом сведений не соответствуют действительности и являются порочащими.