Решение Таганского районного суда ЦАО г. Москвы (досье №95)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 сентября 2003 года

Таганский районный суд ЦАО г. Москвы

в составе председательствующего федерального судьи Осиной Т.М.

с участием адвоката Коршиковой М.В.

при секретаре Субраковой Н.Т.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № … по иску Котенко Сергея Васильевича к редакции газеты «Совершенно Секретно», Толстых Евгению Александровичу о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец Котенко С. В. обратился в суд с иском к редакции газеты «Совершенно Секретно», Толстых Е.А. о защите чести, достоинства и деловой репутации, компенсации морального вреда, в обоснование своих требований указывая, что 29 января и 2 апреля 2002 года были подписаны в печать № 2 и № 4 международного ежемесячника «Совершенно Секретно», где были опубликованы статьи Евгения Толстых «Под прокурорской «крышей» и «Крыша прохудилась, прокурор «завис».

По мнению истца в статье «Под прокурорской крышей» имеются следующие тезисы, которые не соответствуют действительности и порочат его честь, достоинство и деловую репутацию:

— что, «Правда, Вартанян вскоре ушел «под крышу» районного прокурора С. Котенко. Конечно, документально «переход» не зафиксирован, но и тайны в этом особой нет. городок маленький, любой более-менее осведомленный в делах местной «элиты» расскажет с придыханием».

что «В вечернее время на 147-м километре шоссе Москва-Минск, как раз на въезде в пределы столичной области, машины останавливали сотрудники ГАИ (позже ГИБДД) и МОУРа — для досмотра и проверки документов. Найти в сопроводительных бумагах «непорядок» пару пустяков. Машину с грузом — скоропортящиеся продукты, дорогостоящая аппаратура — задерживали «до выяснения» (а оно могло продолжаться и сутки, и трое, и неделю). Водитель на следующий день вызывал хозяина груза. Тот спешно прилетал. Ему предлагали «уладить» дело мирным путем, называли «стоимость» мирового соглашения. В зависимости от характера груза, она могла колебаться от трех до десяти тысяч долларов с одного автомобиля. Если хозяин не соглашался, дело (уже «дело»!) передавали в следствие, а машину оставляли под арестом. Освободить груз и транспорт мог суд, или прокурор. Дожидаться суда — потерять больше, заплатить — потерять меньше. И платили. Понятно, не расписываясь в расходном ордере… Куда шли деньги? Да кто же покажет «платежную ведомость»!..»

что «Районный прокурор Котенко, говорят, был категорически против этого назначения. Надо полагать, понимал, что Косоруков не простит Вартаняну «уход под прокурора». И правильно понимал».

— что «Но вернемся к главному — к зреющему конфликту между прокурором и начальником милиции. Он был погашен. Говорят, именно «папа» смог обрисовать преимущества мирного сосуществования двух весьма родственных систем. Ведь теоретическая триада — МОУР, ОВД, прокуратура — открывала радужные финансовые перспективы с гарантией, почти абсолютной безопасности и безнаказанности».

что «В поступках Боброва не смогли найти состава преступления, даже несмотря на профессиональное кредо прокурора Котенко, высказанное им однажды; «Если дело возбуждено прокуратурой, то обвиняемый должен быть осужден любой ценой по пунктам обвинения».

— что «Как бы там не было, комиссия уехала, а Котенко остался. Может, причину, по которой проверка закончилась благополучно, объяснит магнитофонная запись, где угадывается голос прокурора, сокрушающегося; пока пятьдесят тысяч долларов отступного не дали, держали на прицеле. И когда директор «Бородина» В.Лапкин пожаловался на действия милиции, прокурор в свою очередь попенял: дескать, во время проверки вы мне не помогали, а теперь хотите, чтоб защитил? Сообразив, что прокурор не шутит, руководитель ЗАО «Бородино» первому заместителю Генпрокурора Бирюкову: остановите беспредел, звонят «требуют тридцать тысяч долларов, а прокурор города нам в ответ: да нет, ошибаешься тридцать, а триста. Правда с оговоркой — мол, «сверху давят, надо на верху уладить…».

Только на каком «верху», не сказал, а «бородинцы» спрашивать не стали, говорят, уже как-то просил на «ремонт зубов брата», работающего в ЗАО «Бородино». Видимо, зубы были совсем никудышные, потому что просил … тысячу долларов. Дали теперь вот триста тысяч».

— что «По заявлению Лапкина, за несколько дней до окончания проверки в «Бородино» пришел уже известный нам Бакунин и, отрекомендовавшись представителем прокурора Котенко, предложил «решить возникшие проблемы» за пятьдесят тысяч долларов, его «послали».

— что «А кого бояться? «Против воли прокурора мало кто решиться пойти… Мы от него зависим. Эти слова нынешнего председателя Можайского суда».

В статье «Крыша прохудилась, прокурор «завис» имеются следующие тезисы, которые не соответствуют действительности и порочат честь, достоинство и репутацию: что «Под «прокурорской крышей» — так назывался материал, опубликованный в февральском номере «Совершенно Секретно» за 2002 год. Напомним, о чем шла речь: На протяжении нескольких лет в Можайском районе Московской области реально власть осуществляла группа людей, приближенных к местному прокурору С.Котенко и начальнику ОВД Н.Косорукову. Фактически под их крылом действовало подразделение милиции — МОУР, — часть недобросовестных сотрудников которого занималась откровенным вымогательством: когда на законных основаниях под надуманными предлогами задерживали следующие от западной границы России фуры с дорогостоящим товаром и, обставляя дело декорациями «уголовного преследования» вынуждали владельцев груза платить внушительные отступные — до 10 тысяч долларов с машины».

что «Корыстное внимание «стражей законности» чувствовали на себе и местные власти. К руководителям ЗАО «Бородино» (производство минеральной воды, соков и слабоалкогольных напитков) не раз приходили гонцы от прокурора (так представлялись) и намекали на то, что все их, бизнесменов, беды (проверки, обыски, возбуждение уголовных дел, закрытых в итоге вышестоящими инстанции) от нежелания «поделиться». Назывались и суммы — от 30 до 300 тысяч долларов! В качестве «агентов-посредников» выступали даже граждане с претензией на … политическое лидерство. Так, по словам «бородинцев», с намеками о необходимости «профинансировать прокурора» захаживал некто В.Бакунин, имеющий в Можайске свой бизнес, а заодно возглавляющий областную организацию «Яблоко».

что «В кабинете главы Можайского района В.Насонова произошла встреча прокурора К-ко и руководителя ЗАО «Бородино» Лапкина, на которой служитель Фемиды принес извинения предпринимателю и его предприятию и обещал прекратить необоснованные преследования бизнесменов».

Насонов постирался выступить посредником-примирителем, убеждая прокурора, что «Бородино» как-никак больше чем на 12 процентов формирует районный бюджет и резать курицу, несущую пусть не золотые, но вполне аппетитные яйца, просто неразумно. Прокурор с этим согласился. Может, убедил образ курицы, а может — замаячивший сверху силуэт грядущих неприятностей.

Скорее всего, Котенко знал, что не сегодня-завтра должна нагрянуть «высокая инспекция» из Генеральной прокуратуры, а потому решил на всякий случай сгладить острые углы, о которые могли зацепиться проверяющие.

И проверка нагрянула. Котенко слег в больницу. «Такой всегда энергичный, не помню, чтоб болел, — говорил о прокуроре глава районной администрации, — а тут вдруг на тебе! Ну, с кем не бывает…»

Начальник местной милиции тоже проявил участие в судьбе товарища по «борьбе за законностью и правопорядком». Рассказывают, что Косоруков, видимо, желая дистанцироваться от «зависшего» прокурора, не стеснялся публичных эмоций: «Снимают главного коррупционера!» — говорил в присутствии подчиненных, а потом звонил в больницу и о чем-то доверительно шептался с прокурором».

— что «Впрочем, неудивительно. По информации сотрудников УФСБ, когда над прокурором Котенко нависла опасность отставки, начальник ОВД Косоруков встречался с Можайским «Авторитетом», который высказал пожелание, чтобы, не зависимо от исхода проверки Генпрокуратуры, в районе «все оставалось на своих местах»…

Истец указывает, что данные тезисы, изложенные в указанных статьях, направлены на его дискредитацию, порочат его честь и достоинство, деловую репутацию, поскольку автор утверждает о совершении им недостойных поступков и уголовных преступлений, тем самым причиняя ему моральный вред.

В связи с изложенным истец в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме и просил взыскать моральный вред в размере 100000000 рублей.

Представители ответчика редакции газеты «Совершенно Секретно» в судебном заседании исковые требования не признали в полном объеме.

Ответчик Толстых Евгений Александрович в судебное заседание явился, исковые требования не признал в полном объеме.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, находит иск подлежащим удовлетворению частичным по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространений такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Согласно ст.2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 18 августа 1992 года с последующими изменениями и дополнениями «О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» порочащими являются такие не соответствующие действительности сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства или моральных принципов, которые умаляют честь и достоинство гражданина либо деловую репутацию гражданина или юридического лица.

В судебном заседании установлено, что тезисы, которые истец считает не соответствующими действительности и порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию, действительно опубликованы в статьях «Под прокурорской «крышей» в газете «Совершенно секретно» за № 2 (153) и «Крыша» прохудилась, прокурор «завис» в газете «Совершенно секретно» за № 4 (155).

Суд приходит к выводу, что тезис «Как бы там не было, комиссия уехала, а Котенко остался. Может, причину, по которой проверка закончилась благополучно, объяснит магнитофонная запись, где угадывается голос прокурора, сокрушающегося; пока пятьдесят тысяч долларов отступного не дали, держали на прицеле. И когда директор «Бородина» В.Лапкин пожаловался на действия милиции, прокурор в свою очередь попенял: дескать, во время проверки вы мне не помогали, а теперь хотите, чтоб защитил? Сообразив, что прокурор не шутит, руководитель ЗАО «Бородино» первому заместителю Генпрокурора Бирюкову: остановите беспредел, звонят «требуют тридцать тысяч долларов, а прокурор города нам в ответ: да нет, ошибаешься тридцать, а триста. Правда с оговоркой — мол, «сверху давят, надо на верху уладить…» опубликованный в статье «Под прокурорской крышей» содержит сведения, которые соответствуют действительности и порочат его честь, достоинство и деловую репутацию, поскольку из его смысла усматривается утверждение, что Котенко совершил аморальный поступок, то есть дал денежные средства в качестве «отступного» для благополучного завершения проверки своей деятельности и нарушил действующее уголовное законодательство, а именно вымогал деньги у предпринимателей. Однако, то что сведения соответствуют действительности ответчики не доказали. Суду не представлен вступивший в силу приговор суда, которому Котенко признак виновным в совершении данного преступления, ни доказательства того, что Котенко передавал 50 тысяч долларов «отступного» для благополучного окончания проверки.

В качестве свидетеля судом был допрошен Лапкин Виктор Алексеевич, генеральный директор ЗАО «Бородино», который пояснил, что разговор о 30 тысячах долларов, которые у него требовали за прекращение уголовного дела, возбужденного в отношении него прокуратурой г. Можайска, действительно был. Он обращался с заявлением к Прокурору Московской области, затем в Генеральную прокуратуру по поводу вымогания у него денежных средств в размере от 30 до 50 тысяч долларов сотрудниками милиции от своего имени, а также от имени прокурора Котенко, однако было вынесено Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела 11.01.02 года, в отношении прокурора г. Можайска Котенко С. В., сотрудника городского ОВД Машкова А. В., а также гр-на Бакунина В.Н. на основании отсутствия в их действиях состава преступления.

Также в качестве свидетеля допрошен Базин Ю.А., который показал, что Лапкин давал ему прослушать аудиозаписи, на которых он идентифицировал голос прокурора Котенко, говорившего о 300000 долларов, которые Лапкин должен кому-то заплатить за прекращение уголовного дела.

Суд не видит оснований не доверять показаниям указанных выше свидетелей, поскольку они логичны, не противоречат друг другу, подтверждаются также другими представленными по делу доказательствами. Однако, показания свидетелей по факту вымогания денег прокурором не могут быть приняты судом, как допустимое средство доказывания по данному делу

Кроме того, в материалы дела представлены письменное заявление Лапкина В. прокурору Московской области (л. д. 67-71), письменное заявление Лапкина Генеральному прокурору РФ (л.д.72-73), его же объяснения по данному факту заместителю Генерального прокурора (л.д.74-77), объяснения Нерсисяна Т.Я.(л.д.78-79) постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении прокурора Котенко и других лиц (л.д.81-83), на основании которых суд приходит к выводу, что обращения Лапкина В.А. по данному факту действительно имели место, по ним проводил проверки следственными органами и было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела.

Суд также считает, что тезис «На протяжении нескольких лет в Можайском районе Московской области реальную власть осуществляла группа людей, приближенных к местному прокурору С. Котенко и начальнику ОВД Н.Косорукову. Фактически под крылом действовало специальное подразделение милиции — МОУР, — часть недобросовестных сотрудников которого занималась откровенным вымогательством, когда на законных основаниях, когда под надуманными предлогами задерживали следующие от западной границы России фуры с дорогостоящим товаром и, обставляя дело декорациями «уголовного преследования», вынуждали владельцев груза платить внушительные отступные — до 10 тысяч долларов с машины», опубликованный в статье «Крыша прохудилась, прокурор «завис» содержит сведения, которые не соответствуют действительности и порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку из его смысла усматривается, что к прокурору Котенко была приближена некая группа людей, совершающая противоправные действия, то есть истец совершал противозаконные и аморальные действия, имея у себя «под крылом» недобросовестных сотрудников МОУР и не принимал к ним никаких мер, хотя по своему должностному положению был это сделать обязан, то есть в халатном выполнении своих служебных обязанностей. Ответчиками не представлено доказательств, что эти сведения соответствуют действительности.

Так, допрошенный в качестве свидетеля по делу Базин Юрий Анатольевич, начальник отдела ГИБДД Можайского ОВД, показал, что 1,5-2 года назад Генеральная прокуратура РФ занялась проверкой в Можайском районе Московской области, ему поступила информация, что было возбуждено уголовное дело по поводу незаконного задержания грузовых машин. В отношении кого возбуждено уголовное дело, он точно не знает, знает только, что дела были переданы для предварительного расследования в другие прокуратуры Московской области, а не в Можайскую.

Допрошенный в качестве свидетеля Бобров Алексей Викторович, работающий начальником ОЭП, показал, что в мае 1996 или 97 года начал работать МОУР. Начальником МОУРа был в тот момент Вартанян. МОУР входил как структурное подразделение в ГУВД Московской области. По факту незаконного задержания грузов ему известно, что были возбуждены уголовные дела, которые были направлены для расследования в другие прокуратуры Московской области, а также и в Можайскую. МОУР расформирован на сегодняшний момент. Такого подразделения нет давно 1.11.99 года по 25.11.02 года МОУР подчинялся УВД г. Можайска. В этот период начальником МОУРа был Милушкин, а начальником УВД Косоруков. Вартанян остался работать в главке на 2 месяца, а потом ушел на пенсию. Котенко с Вартаняном были в близких отношениях. Вартанян мог с Котенко решить любые дела. Можно даже сказать, что прокурор покровительствовал Вартаняну.

Суд не видит оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку они логичны и последовательны. Однако, суд приходит к выводу, что факт того, что к прокурору Котенко была приближена некая группа, совершающая противоправные действия, показаниями данных свидетелей не подтверждается.

Суд считает, что тезис «Корыстное внимание «стражей законности» чувствовали на себе и местные предприниматели. К руководителям ЗАО «Бородино» (производство минеральной воды, соков и слабоалкогольных напитков) не раз приходили гонцы от прокурора (так представлялись) и намекали на то, что все их, бизнесменов, беды (проверки, обыски, возбуждение уголовных дел, закрытых в итоге вышестоящими инстанциями) от нежелания «поделиться». Назывались и суммы — от 30 до 300 тысяч долларов! В качестве «агентов-посредников» выступали даже граждане с претензией на … политическое лидерство. Так, по словам «бородинцев», с намеками о необходимости «профинансировать прокурора» захаживал некто В. Бакунин, имеющий в Можайске свой бизнес, а заодно возглавляющий областную организацию «Яблоко», опубликованный в статье «Крыша прохудилась, прокурор «завис» содержит сведения, которые не соответствуют действительности и порочат честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку из его смысла усматривается, что Котенко совершил аморальный поступок и противозаконные действия, поскольку только он в данном абзаце является «стражем законности» и соответственно, предполагается его корыстное внимание.

Ссылки представителя ответчика на то, что в данном фрагменте не говорится о том, что к руководителям ЗАО «Бородино» прокурор Котенко посылал Бакунина или кого-либо другого с предложением «решить возникшие проблемы за определенную сумму, а последний сам таковым представился, что он от прокурора Котенко принимаются судом и данный факт по поводу Бакунина также подтвержден показаниями свидетеля Лапкина, что также принимается судом, но суд не согласится с тем, как сформулировано первое предложение данного фрагмента, поскольку Бакунин, как указано ниже, не является «стражем порядка», предполагается, что корыстные внимание проявил прокурор Котенко, о котором идет речь в данном фрагменте. Данный факт о корыстном внимании прокурора Котенко местным предпринимателям не подтвержден ответчиками путем относимых и допустимых доказательств.

Остальные, изложенные истцом в исковом заявлении тезисы, суд не находит соответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца по следующим основаниям.

Согласно ст. 44 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода литературного художественного, научного, технического и других видов творчества.

Так тезис что «Правда, Вартанян вскоре ушел «под крышу» районного прокурора С. Котенко. Конечно, документально «переход» не зафиксирован, но и тайны особой нет, городок маленький, любой более-менее осведомленный в делах местной «элиты» расскажет с придыханием не может быть не может быть расценен, как сведения, порочащие честь и достоинство истца, поскольку не содержит таких сведений о том, что Котенко совершал противозаконные а аморальные поступки.

Слово «крыша» употреблено в его переносном значении, которое в современном русском языке имеет смысл «покровительствовать». Так «крыша» — согласно толкованию словарю Н. И. Ожегова (Москва, 4-ое издание, 1997 год, стр.311) означает пользоваться поддержкой.

Так, допрошенный в судебном заседании свидетель Бобров А. В. показал, что прокурор Котенко покровительствовал Вартаняну. У суда нет оснований не доверять данному свидетелю, поскольку его показания не противоречивы и логичны.

Тезис, что «В вечернее время на 147-м километре шоссе Москва-Минск, как раз на въезде в пределы столичной области, машины останавливали сотрудники ГАИ (позже ГИБДД) и МОУРа — для досмотра и проверки документов. Найти в сопроводительных бумагах «непорядок» пару пустяков. Машину с грузом — скоропортящиеся продукты, дорогостоящая аппаратура — задерживали «до выяснения» (а оно могло продолжаться и сутки, и трое, и неделю). Водитель на следующий день вызывал хозяина груза. Тот спешно прилетал. Ему предлагали «уладить» дело мирным путем, называли «стоимость» мирового соглашения. В зависимости от характера груза, она могла колебаться от трех до десяти тысяч долларов с одного автомобиля. Если хозяин не соглашался, дело (уже «дело»!) передавали в следствие, а машину оставляли под арестом. Освободить груз и транспорт мог суд, или прокурор. Дожидаться суда — потерять больше, заплатить — потерять меньше. И платили. Понятно, не расписываясь в расходном ордере… Куда шли деньги? Да кто же покажет «платежную ведомость!..» не может быть расценен как сведения, порочащие честь и достоинства истца, поскольку об истце в этом фрагменте содержится только одна фраза: «освободить груз и транспорт мог суд или прокурор». Данная фраза не является порочащими сведениями, так как не содержит утверждений о совершении истцом противозаконных или аморальных поступков, а только информирует об органах, которые в силу своей компетенции могли решить вопрос об освобождении задержанных грузов, что соответствует действительности.

Тезис, что «Районный прокурор Котенко, говорят, был категорически против этого назначения. Надо полагать, понимал, что Косоруков не простит Вартаняну «уход под прокурора» И правильно понимал» не содержит утверждений о том, что прокурор Котенко были совершены какие-либо противозаконные или аморальные поступки содержит информацию, полученную автором в процессе подготовки статьи от людей, которыми автор беседовал. Поэтому и содержит вводное выражение «говорят».

Кроме того, данные факты подтверждаются допрошенным в судебном заседании свидетелем Бобровым А.В.

Тезис, что «Но вернемся к главному — к зреющему конфликту между прокурором и начальником милиции. Он был погашен. Говорят, именно «папа» смог обрисовать преимущества мирного сосуществования двух весьма родственных систем. Ведь теоретическая триада — МОУР, ОВД, прокуратура — открывала радужные финансовые перспективы с гарантией, почти абсолютной безопасности и безнаказанности» не содержит утверждений о совершении истцом противозаконных или аморальных поступков.

Слово «конфликт» — столкновение, серьезное разногласие, спор согласно толкованию, данному в толковом словаре Н.И. Ожегова (Москва, 4-ое издание, 1997 год). Ссылка истца, что в этом фрагменте его порочит утверждение, что «папа» — это криминальный авторитет и именно он погасил конфликт между прокурором и начальником милиции, что вообще недопустимо не может быть принята судом, поскольку могут быть признаны порочащими только сведения, в которых содержатся утверждения о совершении самим истцом противоправных или аморальных действий, не соответствующих действительности, а не кем-то другим.

Тезис, что «В поступках Боброва не смогли найти состава преступления, даже несмотря на профессиональное кредо прокурора Котенко, высказанное им однажды: «Если дело возбуждено прокуратурой, то обвиняемый должен быть осужден любой ценой, по всем пунктам обвинения» не содержит сведений, порочащих честь и достоинство, деловую репутацию истца, поскольку слово «кредо» означает согласно Толковому словарю Н.И.Ожегова (Москва, 4-ое издание, 1997 год, стр.304) чьи-нибудь убеждения, мировоззрения. Таким образом, убеждения прокурора, приведенные автором в своей статье, означают, что прокуратура не имеет право возбуждать уголовные дела необоснованно и никаким образом не порочат истца. Кроме того, эти сведения были взяты автором из газеты «Московский комсомолец», то есть они уже были опубликованы и ранее их истец не оспаривал»

Тезис, что «По заявлению Лапкина, за несколько дней до окончания проверки в «Бородино» пришел уже известный нам Бакунин и, отрекомендовавшись прокурора Котенко, предложил «решить возникшие проблемы» за пятьдесят тысяч долларов, его «послали» не содержит сведений о том, что истец Котенко совершил какие-либо противоправные действия или аморальные поступки. В данном фрагменте говорится о лице, который сам отрекомендовался представителем прокурора и не сказано, что прокурор направил Бакунина к руководителям ЗАО «Бородино» для получения денег.

Данные обстоятельства о походе Бакунина подтвердил допрошенный в качестве свидетеля Лапкин В.А., являющийся генеральным директором ЗАО «Бородино», а также свидетель Бобров А. В.

Тезис, что «А кого бояться? «Против воли прокурора мало кто решиться пойти… Мы от него зависим. Эти слова нынешнего председателя Можайского суда» не содержат сведений совершении незаконных действий или аморальных поступков, а содержат оценочное суждение председателя Можайского суда в отношении прокурора.

Тезис, что «В кабинете главы Можайского района В.Насонова произошла встреча прокурора Котенко и руководителя ЗАО «Бородино» Лапкина, на которой служитель Фемиды принес извинения предпринимателю и его предприятию и обещал прекратить необоснованные преследования бизнесменов.

Насонов постарался выступить посредником-примирителем, убеждая прокурора, что «Бородино» как-никак больше чем на 12 процентов формирует районный бюджет и резать курицу, несущую пусть не золотые, но вполне аппетитные яйца, просто неразумно. Прокурор с этим согласился. Может, убедил образ курицы, а может — замаячивший сверху силуэт грядущих неприятностей.

Скорее всего, Котенко знал, что не сегодня-завтра должна нагрянуть «высокая инспекция» из Генеральной прокуратуры, а потому решил на всякий случай сгладить острые углы, о которые могли зацепиться проверяющие.

И проверка нагрянула. Котенко слег в больницу. «Такой всегда энергичный, не помню, чтоб болел, — говорил о прокуроре глава районной администрации, — а тут вдруг на тебе! Ну, с кем не бывает…»

Начальник местной милиции тоже проявил участие в судьбе товарища по «борьбе за законностью и правопорядком». Рассказывают, что Косоруков, видимо, желая дистанцироваться от «зависшего» прокурора, не стеснялся публичных эмоций: «Снимают главного коррупционера!» — говорил в присутствии подчиненных, а потом звонил в больницу и о чем-то доверительно шептался с прокурором».

Так, сведения, изложенные в данном фрагменте статьи подтвердил допрошенный в качестве свидетеля Лапкин В.А., который показал, что на встречу у главы администрации его пригласил сам глава администрации на 8 утра, день он уже не помнит, по помнит- Глава Управы не предупреждал заранее. Когда он пришел, там уже сидел Котенко, встреча была уже после того, как с ЗАО «Бородино» было снято обвинение. Глава администрации интересовался всей этой деятельностью. Лапкин ему рассказал, что возбуждено уголовное дело, что с него требовали 30.000 долларов, paccказал как приезжали милиционеры, как они себя вели, проводили обыски в машине. Котенко сказал, что в некоторых вопросах он был не прав в отношении ЗАО «Бородино» и что этого не повторится. После чего, Насонов предложил Лапкину с Котенко пожать друг другу руки. Что они и сделали. Котенко сказал, что они будут работать в рамках закона. Через месяц Котенко ушел вроде бы на пенсию, но он точно не знает куда ушел другой прокурор. Котенко сказал, что будет рассматривать и прекращать дела, что будут незаконно возбуждены МВД. Точные фразы он не помнит.

А также свидетель Насонов В.В., который подтвердил, что между Лапкиным и Котенко в его кабинете была встреча, в результате которой было достигнуто согласие. Котенко действительно обещал прекратить уголовное дело в отношении предпринимателя и заявил, что никаких действий в отношении руководителей ЗАО «Бородино» предприниматься не будет, а если будет, то это кто-то на него наговаривает

Суд не находит оснований не доверять показаниям указанных выше свидетелей, поскольку они последовательны, логичны и не противоречат друг другу, a также собранным по делу доказательствам.

Тезис, что «Впрочем, неудивительно. По информации сотрудников УФСБ, когда над прокурором Котенко нависла опасность отставки, начальник ОВД Косоруков встречался с Можайским «Авторитетом», который высказал пожелание, чтобы, не зависимо от исхода проверки Генпрокуратуры, в районе «все оставалось на своих местах»… не содержит сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку в рамках данного фрагмента статьи речь идет ни о противоправных действиях и aморальных поступках истца, а о встрече другого лица (Косорукова) с Можайским «авторитетом» Фраза «…когда над прокурором Котенко нависла опасность отставки…» не может считаться сведениями порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку не содержит такие сведения и носит повествовательный характер. Кроме того, в соответствии с Законом РФ «О Прокуратуре РФ» прокурор может быть отправлен в отставку по перечисленным там основаниям.

Оценив собранные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковые требования истца нашли свое подтверждение в материалах дела частично.

В связи с частичным удовлетворением исковых требований истца о защите чести, достоинства и деловой репутации, суд считает возможным удовлетворить требования о возмещении морального вреда, оценивая размер компенсации с учетом конкретных обстоятельств дела и принципа разумности в 10000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.151, 152 ГК РФ, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать сведения, опубликованные в статье «Под прокурорской «крышей» в газете «Совершенно секретно» за № 2 (153), подписанной в печать 29.01.2002 года о том, что «Как бы там не было, комиссия уехала, а Котенко остался. Может, причину, по которой проверка закончилась благополучно, объяснит магнитофонная запись, где угадывается голос прокурора, сокрушающегося; пока пятьдесят тысяч долларов отступного не дали, держали на прицеле. И когда директор «Бородина» В.Лапкин пожаловался на действия милиции, прокурор в свою очередь, попенял: дескать, во время проверки вы мне не помогали, а теперь хотите, чтоб я вас защитил? Сообразив, что прокурор не шутит, руководитель ЗАО «Бородино» написал первому заместителю Генпрокурора Бирюкову: остановите беспредел, звонят «оперы», требуют тридцать тысяч долларов, а прокурор города нам в ответ: да нет, ошибаешься, не тридцать, а триста. Правда с оговоркой -мол, «сверху давят, надо на верху уладить…» несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию.

Признать сведения, опубликованные в статье «Крыша» прохудилась, прокурор «завис» в газете «Совершенно секретно» за № 4 (155), подписанной в печать 02 апреля 2002 года о том, что «На протяжении нескольких лет в Можайском районе Московской области реальную власть осуществляла группа людей, приближенных к местному прокурору С. Котенко и начальнику ОВД Н. Косорукову. Фактически под их крылом действовало специальное подразделение милиции — МОУР, — часть недобросовестных сотрудников которого занималась откровенным вымогательством: когда на законных основаниях, когда под надуманными предлогами задерживали следующие от западной границы России фуры с дорогостоящим товаром и, обставляя дело декорациями «уголовного преследования», вынуждали владельцев груза платить внушительные отступные — до 10 тысяч долларов с машины» и о том, что «Корыстное внимание «стражей законности» — чувствовали на себе и местные предприниматели. К руководителям ЗАО «Бородино» (производство минеральной воды, соков и слабоалкогольных напитков) не раз приходили гонцы от прокурора (так представлялись) и намекали на то, что все их, бизнесменов, беды (проверки, обыски, возбуждение уголовных дел, закрытых в итоге вышестоящими инстанциями) от нежелания»поделиться». Назывались и суммы — от 30 до 300 тысяч долларов! В качестве «агентов-посредников» выступали даже граждане с претензией на … политическое лидерство. Так, по словам «бородинцев», с намеками о необходимости «профинансировать прокурора» захаживал некто В. Бакунин, имеющий в Можайске свой бизнес, a заодно возглавляющий областную организацию «Яблоко» несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию.

Обязать редакцию газеты «Совершенно секретно» опровергнуть несоответствующие действительности сведения, опубликованные в газете «Совершенно секретно» за № 2 о том, что «Как бы там не было, комиссия уехала, а Котенко остался. Может, причину, по которой проверка закончилась благополучно, объяснит магнитофонная запись, где угадывается голос прокурора, сокрушающегося; пока пятьдесят тысяч долларов отступного не дали, держали на прицеле. И когда директор «Бородина» В.Лапкин пожаловался на действия милиции, прокурор в свою очередь, попенял: дескать, во время проверки вы мне не помогали, а теперь хотите, чтоб я вас защитил? Сообразив, что прокурор не шутит, руководитель ЗАО «Бородино» написал первому заместителю Генпрокурора Бирюкову: остановите беспредел, звонят «оперы», требуют тридцать тысяч долларов, а прокурор города нам в ответ: да нет, ошибаешься, не тридцать, а триста. Правда с оговоркой — мол,»сверху давят, надо на верху уладить…».

В № 4 о том, что «На протяжении нескольких лет в Можайском районе Московской области реальную власть осуществляла группа людей, приближенных к местному прокурору С. Котенко и начальнику ОВД Н.Косорукову. Фактически под их крылом действовало специальное подразделение милиции — МОУР, — часть недобросовестных сотрудников которого занималась откровенным вымогательством: когда на законных основаниях, когда под надуманными предлогами задерживали следующие от западной границы России фуры с дорогостоящим товаром и, обставляя дело декорациями «уголовного преследования» вынуждали владельцев груза платить внушительные отступные — до 10 тысяч долларов с машины», и том, что «Корыстное внимание «стражей законности» чувствовали на себе
и местные власти. К руководителям ЗАО «Бородино» (производство минеральной воды,
соков и слабоалкогольных напитков) не раз приходили гонцы от прокурора
(так представлялись) и намекали на то, что все их, бизнесменов, беды (проверки, обыски, возбуждение уголовных дел, закрытых в итоге вышестоящими инстанции) от нежелания «поделиться». Назывались и суммы — от 30 до 300 тысяч долларов! В качестве «агентов-посредников» выступали даже граждане с претензией на политическое лидерство. Так, по словам «бородинцев», с намеками о необходимости «профинансировать прокурора» захаживал некто В.Бакунин, имеющий в Можайске свой бизнес, а заодно возглавляющий областную организацию «Яблоко», опубликовав в ближайшем номере указанной газеты после вступления решения суда в законную силу опровержение следующего характера:

«Решением Таганского районного суда ЦАО г.Москвы от 09 сентября 2003 года сведения, опубликованные в газете «Совершенно секретно» за № 2 о том. что «Как бы там не было, комиссия уехала, а Котенко остался. Может, причину, по которой проверка закончилась благополучно, объяснит магнитофонная запись, где угадывается голос прокурора, сокрушающегося; пока пятьдесят тысяч долларов отступного не дали, держали на прицеле. И когда директор «Бородина» В.Лапкин пожаловался на действия милиции, прокурор в свою очередь, попенял: дескать, во время проверки вы мне не помогали, а теперь хотите, чтоб я вас защитил? Сообразив, что прокурор не шутит, руководитель ЗАО «Бородино» написал первому заместителю Генпрокурора Бирюкову: остановите беспредел, звонят «оперы», требуют тридцать тысяч долларов, а прокурор города нам в ответ: да нет, ошибаешься, не тридцать, а триста. Правда с оговоркой — мол,»сверху давят, надо на верху уладить…» и за № 4 о том, что «На протяжении нескольких лет в Можайском районе Московской области реальную власть осуществляла группа людей, приближенных к местному прокурору С. Котенко и начальнику ОВД Н.Косорукову. Фактически под их крылом действовало специальное подразделение милиции — МОУР, — часть недобросовестных сотрудников которого занималась откровенным вымогательством: когда на законных основаниях, когда под надуманными предлогами задерживали следующие от западной границы России фуры с дорогостоящим товаром и, обставляя дело декорациями «уголовного преследования» вынуждали владельцев груза платить внушительные отступные — до 10 тысяч долларов с машины», и том, что «Корыстное внимание «стражей законности» чувствовали на себе
и местные власти. К руководителям ЗАО «Бородино» (производство минеральной воды,
соков и слабоалкогольных напитков) не раз приходили гонцы от прокурора
(так представлялись) и намекали на то, что все их, бизнесменов, беды (проверки, обыски, возбуждение уголовных дел, закрытых в итоге вышестоящими инстанции) от нежелания «поделиться». Назывались и суммы — от 30 до 300 тысяч долларов! В качестве «агентов-посредников» выступали даже граждане с претензией на … политическое лидерство. Так, по словам «бородинцев», с намеками о необходимости «профинансировать прокурора» захаживал некто В.Бакунин, имеющий в Можайске свой бизнес, а заодно возглавляющий областную организацию «Яблоко», что признаны несоответствующими действительности и порочащими честь, достоинство и деловую репутацию Котенко Сергея Васильевича».

Взыскать с Закрытого акционерного общества «Совершенно секретно медиа» и Толстых Евгения Александровича солидарно в пользу Котенко Сергея Васильевича компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В остальной части иска Котенко Сергею Васильевичу отказать.

Решение может быть обжаловано в Московский городской суд в течение 10 дней.

Федеральный судья