Дело по иску главврача Сергея Чернова к ООО «Редакция «Новая газета» в Воронеже», журналистке Ольге Бренер о защите чести, достоинства и деловой репутации и взыскании компенсации морального вреда (досье №4)

Материалы дела

11 июня 2004 Исковое заявление 871 KB (jpg) Скачать
1 апреля 2004 Публикация в газете 85 KB (doc) Скачать

Краткое изложение материалов дела

В настоящем деле истцом выступил главврач одного из роддомов г. Воронежа. Поводом для иска стала статья в региональном выпуске «Новой газеты», в которой описывался случай массового заражение новорожденных инфекцией, а также ставилась под сомнение квалификация главврача.

Обстоятельства дела

В газете «Новая газета» (№ 20 Р (950) /26.03.-01.04.2004 г.) была опубликована статья «Вирус «Комильфо», в которой описывался случай заболевания новорожденных в роддоме № 2 г. Воронежа, а также критиковалась деятельность главного врача роддома Чернова С. Ю. В частности, в публикации содержались следующие сведения:

«Мы уже писали, что главврач роддома Сергей Чернов попал сюда при весьма загадочных обстоятельствах. Неплохой, наверное, бизнесмен / до роддома он работал коммерческим представителем фирмы «Байер»/ и по совместительству сын декана лечфака ВГМА профессора Чернова, никогда никакого отношения ни к гинекологии, неонатологии не имел. Многие были, мягко говоря, удивлены таким назначением».

«С приходом Чернова дела в стенах роддома закрутились на грани фола. Портретная галерея артистов российской эстрады в кабинете главврача, продюсером которых по совместительству с «Байером» был лично Сергей Юрьевич. Три детских смертности за довольно короткий срок. Одно «служебное» самоубийство».

«Впрочем, может, и вправду в продюсере Кобзона и «Аспирина — Упса» однажды открылся такой родовспомогательный дар, что общепризнанно затмил все дипломы воронежских акушеров — гинекологов. Где зарыт этот дар или еще какая собака — сейчас по городу слухов ходит много. Наиболее правдоподобный — первые лица в горздраве должны защищать диссертацию у профессора Чернова».

Считая указанные сведения недостоверными и порочащими честь и достоинство, Чернов С. Ю. обратился в суд с иском, в котором просил признать опубликованные в статье сведения не соответствующими действительности, принести публичное извинения и взыскать в счет компенсации морального вреда 450 000 рублей с редакции газеты и 50 000 рублей с автора статьи – Бренер О. В.

Ответчики настаивали на том, что часть опубликованных сведений соответствует действительности, а часть представляет собой оценочные суждения журналиста. Кроме того, публикация представляет собой очевидную общественную значимость, поскольку в ней сообщается о происшествии, имеющем значение для жителей города.

21 сентября 2004 года суд вынес решение, которым требования истца удовлетворил в части, обязав ответчиков опровергнуть сведения о том, что истец «по совместительству сын декана лечфака ВГМА профессора Чернова». В удовлетворении требований об опровержении остальных сведений, а также о компенсации морального вреда судом было отказано.

Мотивировка суда

Проанализировав содержание спорных сведений о том, что истец попал на должность главврача роддома при странных обстоятельствах, и многие были удивлены его назначением, суд пришел к выводу, что некоторые из них представляют собой оценочное суждение, мнение автора статьи и не могут быть в этой связи опровергнуты. Кроме того, сведения о том, что истец никогда не имел никакого отношения к гинекологии и неонатологии суд признал достоверными:

«… в первом и последнем предложениях не сообщается о каком-либо факте, событии, в нем отсутствуют какие-либо сведения какие можно было бы опровергнуть, поскольку в нем автор статьи высказал лишь мнение относительно назначения на должность главного врача, тогда как ст. 47 Закона РФ «О СМИ» признает за журналистом право излагать свои мнения, суждения и оценки в материалах и сообщениях, а мнение, суждение не может быть опровергнуто, что прямо закреплено в решениях Европейского суда по правам человека, которые являются официальным толкованием Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и которые обязательны к применению всеми судебными органами России.

Содержащаяся же во втором предложении информация, что Чернов С.Ю. до роддома работал коммерческим представителем фирмы «Байер» и никогда никакого отношения не имел к гинекологии и неонатологии, соответствуют действительности и, в частности, имеющиеся в материалах дела диплом, удостоверение, сертификаты (л.д. 11-19) свидетельствуют, что Чернов С.Ю. не является специалистом в области гинекологии.

В ходе рассмотрения дела, сам истец подтвердил, что не имеет образования по специальностям «гинекология» и «неонатология».

Суд также не счел данные порочащими сведения о том, что истец работал представителем фирмы «Байер»:

«И при таких обстоятельствах, требование истца о признании порочащими его сведений в указанном предложении данного фрагмента статьи не подлежит удовлетворению, поскольку быть сотрудником или коммерческим представителем (а по сути эти понятия идентичны и говорят лишь о деловых качествах лица) той или иной организации не является порочащими сведениями».

При этом суд согласился с доводами истца о том, что фраза о том, что Чернов С. Ю. «… по совместительству сын декана лечфака ВГМА профессора Чернова…» оскорбляет его, затрагивает его честь и достоинство, поскольку он является родным сыном Чернова Ю.Н. и сыном по совместительству быть не может. Свою позицию суд мотивировал следующим образом:

«Из свидетельства о рождении усматривается, что Чернов С.Ю. является родным сыном Чернова Ю.Н. (л.д. 9).

Обратившись к толковому словарю под редакцией С.И. Ожегова и Н.Ю. Шведовой, усматривается, что совместительство — одновременная работа в двух и более местах, учреждениях или в нескольких должностях.

Между тем, кровное происхождение не может являться некоей работой по совместительству, родство является личным неотъемлемым правом человека и принадлежит ему с момента рождения, и потому, суд соглашается с доводами истца, что указанная фраза оспариваемого фрагмента статьи умаляет честь и достоинство истца, и потому должна быть опровергнута, так как согласно ст. 43 Закона РФ «О СМИ», если редакция распространила порочащие сведения, она обязана опровергнуть их в этом же средстве массовой информации.

Остальные оспариваемые истцом сведения суд признал соответствующими действительности:

«Факт смертности 3-х новорожденных с роддоме и факт самоубийства одной из врачей роддома подтверждаются материалами дела, чего не отрицал сам истец.

При этом, в статье не содержится утверждения о виновности каких-либо лиц и, в частности, Чернова С.Ю. в случившемся.

При этом, по мнению суда, указанные предложения не содержат утверждений о нарушении истцом действующего законодательства или моральных принципов, о совершении аморальных проступков, фраза — быть продюсером Кобзона — не может быть унизительной для истца, поскольку иметь в друзьях и быть устроителем концерта того или иного артиста не является недостойным поведением или аморальным проступком».

Часть сведений судом были оценены как субъективные, выражающие мнение журналиста, и в этой связи не подлежащие опровержению:

«Истец просит признать порочащей его фразу: «Впрочем, может, и вправду в продюсере Кобзона и «Аспирина — Упса» однажды открылся такой родовспомогательный дар, что общепризнанно затмил все дипломы воронежских акушеров — гинекологов. Где зарыт этот дар или еще какая собака — сейчас по городу слухов ходит много. Наиболее правдоподобный — первые лица в горздраве должны защищать диссертацию у профессора Чернова».

Обратившись к данной фразе, усматривается, что автор статьи высказывает суждение, мнение по поводу назначения на должность Чернова С.Ю., что, не имея диплома акушера-гинеколога, Чернов С.Ю. был назначен на должность главного врача роддома № 2.

Что же касается формы, в которую облек автор статьи свое мнение, а при этом автор применил приём иронии, то такое право предоставлено журналисту — высказывать мнение в том или ином жанре, однако, при этом, должны быть соблюдены требования Закона РФ «О СМИ», а именно: мнения, предположения должны быть выражены в приличной, допустимой форме, что автором и сделано».

Требование истца о принесении ему публичных извинений суд счел не основанным на законе:

«… суд находит эти требования несостоятельными и необоснованными, поскольку ни ст. 152 ГК РФ, ни ст. 44 Закона РФ «О средствах массовой информации» не предусматривает принесение извинения как составной части опровержения».

Рассматривая требования истца о компенсации причиненных ему нравственных страданий, суд указал на отсутствие причинно-следственной связи между гипертонической болезнью истца и публикацией статьи:

«Обратившись к справке, усматривается, что Чернов С.Ю. действительно задолго до публикации — 13.02.2004 г. обращался к врачу, и ему был поставлен диагноз — гипертоническая болезнь (л.д. 68).

Между тем, статья была опубликована 01.04.2004 г., следовательно, его обращения к врачу никоим образом не связаны с публикацией статьи, а после публикации обращение к врачу последовало лишь 05.04.2004 г., при этом, диагноз заболевания остался прежним, и какого-либо ухудшения состояния здоровья не последовало».

При этом суд особо отметил общественную значимость проблемы, поднятой в спорной публикации и публичный характер персоны истца, указав на более широкие границы допустимой в его адрес критики со стороны прессы:

«Суд учитывает, что Чернов С.Ю. занимал должность главного врача роддома — учреждения, которое занимает особое место в системе здравоохранения, что к данному учреждению постоянно направлено внимание общественности, и общественность имеет право знать о всех негативных сторонах его деятельности, и потому Чернов С.Ю., как главный врач роддома, должен был понимать, что границы приемлемой критики, направленной против него, как лица, занимающего ответственный пост, намного шире, чем критики в адрес частного лица, и потому он должен был быть готов к критическим высказываниям в свой адрес и быть более терпеливым к ним».

Учитывая вышеназванные обстоятельства, а также тот факт, что публикация статьи не повлекла для истца серьезных негативных последствий, суд отказал истцу в удовлетворении требований о компенсации морального вреда:

«По мнению суда, в связи с публикацией указанной статьи для Чернова С.Ю. не наступило никаких негативных последствий по месту работы, поскольку он был уволен из роддома задолго до выхода в свет статьи, уволен по собственному желанию, не ущемлены его права никоим образом и по месту новой работы, он работает в ВГМА на кафедре клинической фармакологии.

Все это позволяет суду сделать вывод, что степень морального вреда, причиненного Чернову С.Ю., не является значительной, и не может подлежать денежной оценке, следовательно, в иске о возмещении компенсации морального вреда следует отказать».

В итоге суд пришел к выводу, что одна из оспариваемых истцом фраз является недостоверной и порочащей. Остальные в силу закона не подлежат опровержению. Решени обжаловано не было, вступило в законную силу.