Решение Вельского районного суда Архангельской области (досье №1558)

Вельский районный суд Архангельской области

Информация предоставлена Интернет–порталом ГАС «Правосудие» (www.sudrf.ru)
Вернуться назад

Вельский районный суд Архангельской области — СУДЕБНЫЕ АКТЫ

Дело № 2-739/2010 26 ноября 2010 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Вельский районный суд Архангельской области в составе:

председательствующего Стрюковой Е.С.,

при секретаре Леонти И.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Вельске гражданское дело по исковому заявлению К. к редакции газеты «В» и ООО «В 1» о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

К. обратился в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей.

В обоснование заявленного требования указал, что в июле 2010 года ему стало известно о публикации в газете «В» статьи, в которой идет речь о совершенном им преступлении. В указанной статье содержатся все личные данные истца, вплоть до адреса, что создает для него угрозу утраты имущества и расправы над ним со стороны граждан. Кроме того в статье содержится фраза «тем нелюдям, кто не раз побывал за «колючкой», не место в обществе, что оскорбляет честь и достоинство истца, унижает их, создает дискриминацию, боязнь за жизнь близких. Полагает, что ответчик своими противоправными действиями не только нарушил конституционные права, но и причинил нравственные страдания, выразившиеся в оскорблении чести истца, унижении его человеческого достоинства, что повлекло причинение морального вреда. Считает, что при распространении данных о нем нарушены предусмотренные ст. 24 Конституции Российской Федерации права.

Впоследствии исковые требования были уточнены: истец просит взыскать за распространение его персональных данных с редакции газеты «В» компенсацию морального вреда в размере 480000 рублей, в связи с посягательством на его честь и достоинство – компенсацию в размере 20000 рублей.

Истец К. отбывает наказание в ФБУ ИК, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, направил для участия в судебном заседании представителя.

В предварительном судебном заседании в качестве соответчика было привлечено ООО «В1».

В судебном заседании представитель истца К. заявленные требования поддержала в полном объеме, иных требований не заявлено. Требования поддержаны к обоим ответчикам. Пояснила, что тираж газеты, то есть потенциальное количество граждан, которые могли видеть данную статью и персональные данные истца, достаточно велик. В нарушение Указа Президента Российской Федерации об утверждении перечня сведений конфиденциального характер, п.п. 4 и 5 ст. 49 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации » согласие на распространение в средстве массовой информации сведений о личной жизни гражданина от самого гражданина или его законных представителей получено не было, так как ее доверитель находится в местах лишения свободы. Физические и нравственные страдания были причинены истцу с момента прочтения статьи, у него нарушился сон, началось беспокойство, он понял, что ему может угрожать опасность, так как в статье были распространены не только его фамилия, имя и отчество, но и его адрес, где он будет проживать по отбытии наказания. Существует возможность определенных действий, связанных с угрозой жизни и здоровью от родственников убитого в отношении истца и его родственников. В качестве оснований для компенсации морального вреда в связи с распространением персональных данных представитель истца указала все 3 предусмотренные законом случая. По второму основанию для компенсации морального вреда в связи с посягательством на честь и достоинство К. пояснила, что слово «нелюди» носит оскорбительный характер, фраза дана в форме утверждения, речь идет именно об истце. Все это причинило истцу моральный вред.

Представитель ответчика редакции газеты «В» М. заявленные требования не признал, пояснил, что автором статьи являлся корреспондент газеты «В» З., публиковавшийся под псевдонимом В., который уже умер. З. в редакции газеты отвечал за взаимодействие с милицией, прокуратурой и судом, по материалам, предоставляемым этими органами, готовил криминальную хронику, сообщения прокуратуры и обзоры судебных разбирательств. Он всегда согласовывал свои статьи перед опубликованием с руководством Вельского районного суда. Без ознакомления и разрешения на публикацию со стороны судейских работников З. материал редактору не сдавал, а он как редактор, соответственно, не мог его сдать в печать. Ввиду особого порядка подготовки материалов под рубрикой «Из зала суда», не возникало необходимости проводить дополнительную проверку этих материалов. Об обстоятельствах подготовки и публикации материала «Смерть под колесами поезда…» он ничего сказать не может в связи с большим промежутком времени, прошедшего с момента публикации. В статье приводятся фрагменты из официальных документов, уголовного дела. В соответствии с Законом «О СМИ » редакция освобождается от ответственности за цитирование сообщений, содержащихся в официальных документах органов власти. Заявляемая как посягающая на честь и достоинства истца фраза дана в вопросительной форме. Это личное мнение автора. Мнение нельзя проверить на соответствие действительности. Мнение журналиста, высказанное в статье, не может порочить честь и достоинство истца, так как в соответствии с Законом «О СМИ » каждый имеет право высказывать свое мнение или оценку по тому или иному событию. Нет доказательств того, что в данной фразе речь идет именно об истце. Федеральный закон о персональных данных вышел в 2006 году, после опубликования статьи, он обратной силы не имеет. Кроме того, просил применить срок исковой давности.

Представитель ответчика ООО «В1» конкурсный управляющий П. в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, заявленные требования не признал. Пояснил, что истцом пропущен срок исковой давности.

Суд рассматривает дело в порядке ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив письменные материалы дела, суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 24 Конституции Российской Федерации сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Статья 56 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации » предусматривает, что учредители, редакции, издатели, распространители, государственные органы, организации, учреждения, предприятия и общественные объединения, должностные лица, журналисты, авторы распространенных сообщений и материалов несут ответственность за нарушения законодательства Российской Федерации о средствах массовой информации .

В судебном заседании установлено, что в газете «В» номер 26 (542) от 22-29 июня — года опубликована статья «Смерть под колесами поезда инсценировали два убийцы», подписанная В. (л.д.25).

В статье идет речь о совершенном преступлении, приводятся фрагменты из официальных документов по уголовному делу.

Газета «В» является периодическим изданием, распространяется на территории Вельского района Архангельской области, а поэтому в силу ст.2 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации » от 27 декабря 1991 года № 2124-1 является средством массовой информации .

Согласно свидетельству о регистрации средства массовой информации учредителем газеты «В» является ООО «В 1».

Статья 19 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации » устанавливает, что редакция осуществляет свою деятельность на основе профессиональной самостоятельности. Редакция может быть юридическим лицом, самостоятельным хозяйствующим субъектом, организованным в любой допускаемой законом форме. Редакцией руководит главный редактор.

На имеющемся в материалах дела экземпляре газеты указано, что главным редактором является М., учредитель и издатель — ООО «В 1» (л.д. 30).

Как пояснил представитель редакции М., редакция газеты юридическим лицом не является.

Представителем ответчика представлен Устав ООО «В 1», из которого следует, что общество является юридическим лицом, осуществляющим в том числе редакционно-издательскую деятельность (л.д. 74-86).

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 22 октября 2010 года ООО «В 1» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвержден П., рассмотрение дела назначено на 22 апреля 2011 года (л.д. 112-113).

Представитель ответчика М. также пояснил, что автором статьи является З., который публиковался под псевдонимом В.

Статья 47 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации » предусматривает право журналиста распространять подготовленные им сообщения и материалы за своей подписью, под псевдонимом или без подписи.

Согласно копии записи акта о смерти № 311 от 29 марта 2006 года З. умер 28 марта 2006 года (л.д. 129).

Истцом заявлены требования о компенсации морального вреда, наступившего после получения информации об указанной статье, по 2 различным основаниям: вследствие распространения персональных данных истца и в результате распространения сведений, порочащих честь и достоинство.

Ответчиками заявлено о применении срока исковой давности. Исковой давностью Гражданский кодекс Российской Федерации признает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 208 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ не распространяется исковая давность, кроме случаев, предусмотренных законом.

Относительно заявленных истцом требований закон не устанавливает изъятий в отношении исковой давности, поэтому применению срок исковой давности не подлежит.

Истец указал, что в статье приведены его персональные данные и это создает угрозу его жизни и здоровью, а также близким ему людям. Он будет вынужден менять место жительства, что создаст дополнительные неудобства.

Действительно, в статье при указании лиц, совершивших убийство, приведены данные истца: фамилия, имя, отчество, год и место рождения, место жительства (л.д. 25).

Факт распространения сведений — статьи, содержащей приведенную истцом фразу, суд считает установленным, поскольку периодическое печатное издание, опубликовавшее статью, является средством массовой информации , распространяющимся на всей территории Вельского района Архангельской области.

Доказательством распространения является опубликование статьи в газете «В», сдача газеты в тираж и распространение через торговую сеть и распространителей.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, закон предусматривает 3 различных основания. Представитель истца в судебном заседании поддержала все 3 указанные в законе основания, указав, что персональные данные являются нематериальным благом, при их распространении нарушены конституционные права истца, возможность взыскания морального вреда предусмотрена Федеральным законом «О персональных данных », который полежит применению в связи с тем, что истец узнал о публикации статьи, когда закон уже действовал.

В настоящее время понятие персональных данных дано в Федеральном законе от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных ». В соответствии со ст. 3 указанного федерального закона персональные данные – это любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных ), в том числе его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая информация.

На момент опубликования статьи в Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных » не был принят.

Действовавший в тот период Указ Президента Российской Федерации от 06 марта 1997 года № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» определял персональные данные как сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность.

Таким образом, персональные данные – это сведения о конкретном лице. Принимая во внимание содержание ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, персональные данные нельзя отнести к нематериальным благам.

Истцом и его представителем заявлено также, что моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права К. При этом делается ссылка на ст. 24 Конституции Российской Федерации, согласно которой сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

Указ Президента Российской Федерации от 06 марта 1997 года № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» устанавливал, что к сведениям конфиденциального характера относят сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность ( персональные данные ), за исключением сведений, подлежащих распространению в средствах массовой информации .

Следовательно, юридически значимым обстоятельством является возможность публикации этих данных в средствах массовой информации .

Представитель ответчика М. пояснил, что автор статьи готовил материалы на основе официальных документов.

Приговором Архангельского областного суда от 10 июня 2005 года К. осужден по ч. 1 ст. 116, п. «Ж, К» ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание применением ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде 16 лет 1 месяца лишения свободы с содержанием в исправительной колонии строгого режима (л.д. 43-48). Указанный приговор вступил в законную силу 23 ноября 2005 года.

Из копии приговора Архангельского областного суда от 10 июня 2005 года и копии протокола судебного заседания следует, что уголовное дело рассмотрено в открытом судебном заседании (л.д. 43-48, 49-65).

Статья 241 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующая одно из общих условий судебного разбирательства – гласность, предусматривает, что лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудиозапись и письменную запись. Приговор суда провозглашается в открытом судебном заседании.

С учетом того, что приведенные в статье персональные данные истца содержались в приговоре суда, провозглашаемом открыто, их мог на законных основаниях слышать неопределенный круг лиц.

Кроме того, приведенные в статье сведения об истце являются идентифицирующими данными и не относятся к информации о частной жизни лица.

Статья 41 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации », определяющая конфиденциальную информацию, устанавливает, что редакция не вправе разглашать в распространяемых сообщениях и материалах сведения, прямо или косвенно указывающие на личность несовершеннолетнего, совершившего преступление либо подозреваемого в его совершении, а равно совершившего административное правонарушение или антиобщественное действие, без согласия самого несовершеннолетнего и его законного представителя.

Сведения, указывающие на личность совершеннолетнего лица, к конфиденциальной информации закон не относит.

К., 05 сентября 1980 года рождения, совершил преступление 07 октября 2004 года, то есть в совершеннолетнем возрасте.

Под иные, указанные в статье 41 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации », основания распространенные об истце сведения не подпадают.

Таким образом, нет оснований считать, что распространением персональных данных истца нарушены его личные неимущественные права (в частности, право на конфиденциальность личной информации).

Представителем истца также заявлено, что возможность компенсации морального вреда, причиненного при разглашении персональных данных , предусмотрена законом.

Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных » в статье 17 предусматривает право субъекта персональных данных на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

В соответствии со ст. 1 данного Федерального закона, им регулируются отношения, связанные с обработкой персональных данных , осуществляемой федеральными органами государственной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, иными государственными органами, органами местного самоуправления, не входящими в систему органов местного самоуправления муниципальными органами, юридическими лицами, физическими лицами с использованием средств автоматизации или без использования таких средств, если обработка персональных данных без использования таких средств соответствует характеру действий (операций), совершаемых с персональными данными с использованием средств автоматизации.

Указанный закон опубликован в издании «Российская газета», № 165, 29 июля 2006 года, вступил в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования.

Таким образом, на момент выхода публикации (распространения сведений) указанного федерального закона не существовало.

Представитель истца пояснила, что о статье истец узнал только в 2010 году, поэтому применить Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных » возможно.

Вместе с тем, обязанность по выплате компенсации морального вреда представляет собой вид гражданско-правовой ответственности. В связи с этим возможность ее возложения должна быть предусмотрена в момент совершения действия, в отношении которого предполагается противоправность.

Статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

На момент опубликования статьи прямо предусмотренной законом возможности требования компенсации морального вреда за распространение персональных данных не было. Применить изданный и вступивший в силу в более поздний срок закон недопустимо, прямого указания на возможность этого Федеральный закон от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных » не содержит.

Исходя из вышеизложенного в совокупности, суд приходит к выводу, что оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с содержанием в статье «Смерть под колесами поезда инсценировали два убийцы», опубликованной в газете «В» номер 26 (542) от 22-29 июня — года, персональных данных истца не имеется.

Заявлены также требования о компенсации морального вреда в связи с распространением сведений, порочащих честь и достоинство.

В качестве таких сведений истцом заявлена фраза «нелюдям, которые бывали за колючкой». Истец указывает, что в статье есть ссылка, что таким людям не место в обществе. Однако статья не содержит такого выражения.

Непосредственно в статье фраза приведена следующим образом: «Тем нелюдям, кто не раз бывал за «колючкой», принесет ли это уголовное наказание духовное покаяние?». Представителем истца заявлена в качестве порочащей честь и достоинство данная фраза, до слова «принесет».

Статья 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Положениями ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Требований об опровержении сведений, порочащих честь и достоинство, не заявлено, истцу необходима только компенсация морального вреда.

Однако для разрешения вопроса о взыскании морального вреда следует определить, относятся ли распространенные сведения к порочащим честь и достоинство.

Пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» к обстоятельствам, имеющим в силу ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, относит: факт распространения ответчиками сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц следует понимать опубликование таких сведений в печати.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Факт распространения сведений, содержащихся в той же статье, что и персональные данные истца, установлен судом.

Ответчиком оспаривается обстоятельство, что в данной статье идет речь об истце.

Вместе с тем, статья содержит сведения о преступлении, совершенном 2 лицами, фамилии, имена и отчества которых также приведены в статье. В начале статьи имеются сведения об уголовном наказании, назначенном каждому осужденному, в том числе истцу. Исходя из систематического толкования статьи в целом, учитывая построение фразы «Тем нелюдям, кто не раз бывал за «колючкой», принесет ли это уголовное наказание духовное покаяние?», в которой делается акцент «это» уголовное наказание, с одновременным указанием размера назначенного К. за совершенные преступления наказания, явно следует, что речь идет об истце.

Представителем истца заявлено, что применение слова «нелюдь» в отношении истца имеет порочащий характер: создается впечатление, что К. не является человеком, это не соответствует действительности.

В Толковом словаре русского языка Ожегова С.И., Шведовой Н.Ю. указано, что нелюди – это плохие, бессердечные люди, нехристи.

Новый словарь русского языка (толково-словообразовательный) Ефремовой Т.Ф. определяет нелюдей как плохих, дурных людей. Большой толковый словарь Ушакова Д.Н. также раскрывает понятие «нелюди» как дурные люди.

Таким образом, слово «нелюди» несет негативную окраску, указывает на плохое поведение и наличие негативных, неодобряемых обществом черт.

Определяющим моментом является статус приводимой представителем истца фразы. Для возможности компенсации морального вреда в связи с посягательством на честь и достоинство гражданина необходимо, чтобы распространены были сведения, то есть утверждения о чем-либо, о каких-либо фактах.

Фраза построена в виде вопроса: «Тем нелюдям, кто не раз бывал за «колючкой» принесет ли это уголовное наказание духовное покаяние?». Следовательно, она не может быть утверждением. Анализ фразы свидетельствует о том, что она представляет собой размышления, мнение автора.

Этой фразой автор резюмирует всю статью, делает личные выводы из сообщенного материала. Фраза несет негативную оценку действий лиц, лишивших жизни человека. Использование просторечного слова «нелюди» является художественным средством выражения отрицательного отношения к лицу, критики его поступка.

Мнение конкретного лица не может быть проверено на соответствие действительности.

Пунктом 1 статьи 10 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» от 4 ноября 1950 г. предусмотрено, что каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Положениями ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрена возможность защиты чести и достоинства вследствие опубликования мнения.

В связи с отсутствием посягательства на честь и достоинство истца, отсутствуют основания для компенсации морального вреда.

В отношении редакции газеты «В» дополнительным основанием для отказа в иске служит то, что она не является юридическим лицом.

При таких обстоятельствах заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,
р е ш и л :

К. в удовлетворении исковых требований к редакции газеты «В» и ООО «В 1» о компенсации морального вреда отказать.

Мотивированное решение составлено 30 ноября 2010 года.

Решение может быть обжаловано в течение 10 дней с момента принятия решения в окончательной форме в Архангельский областной суд путем подачи жалобы через Вельский районный суд Архангельской области.